16+
ZASUDILI.RU
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
\ Без вины виноватые
Без вины виноватые

Без вины виноватые

22.12.2020

Что Вы предпримете, если за доходами бывшего сожителя дочери, являющегося госслужащим, установят тотальный контроль? А если в отношении него огласят решение о конфискации имущества? А если это имущество окажется Вашим? Именно в такой ситуации оказалась Саиткулова Суфия — заслуженный медик Республики Башкортостан.

Заслуженный медик Республики, по мнению суда, не заслужила своё имущество


Суфия Саиткулова много лет проработала медсестрой в реанимации — выхаживала больных, в основном находящихся в тяжелой стадии заболевания. Работала на совесть, не жалея времени и сил. Долгие годы являлась почетным донором.

Наградой стало всеобщее уважение и благодарность пациентов. Указом главы Республики Башкортостан Суфие Хамаевне было присвоено звание заслуженного работника здравоохранения РБ.

Семейная жизнь у Суфии Хамаевны удалась — любимый муж, дети, внуки — счастье для женщины.
Материальный достаток в семье также имелся — сдавали в аренду квартиру, автомобиль, доход от которых вместе с заработком остальных членов семьи позволял обеспечивать семью и делать сбережения. 


Но в одночасье над её счастьем повисли тучи: сотрудник полиции Миргалеев Раиль попал под контроль антикоррупционных ведомств. 


Поводом для проверки стали уголовные дела, возбужденные в отношении сослуживцев Миргалеева Р.С. В ходе допросов, один из свидетелей дал показания о причастности Миргалеева Р.С. к совершению преступлений. Позже данный гражданин заявит о том, что он оговорил Миргалеева Р. под давлением оперативников. По запросу Миргалеева Р.С. следователем была предоставлена справка, в которой без излишней двусмысленности было указано, что Миргалеев в ходе расследования был приглашён в качестве свидетеля. В дальнейшем в отношении госслужащего не было заведено ни одного уголовного дела. Из этого вытекает, что никакого контроля за соответствием доходов и расходов полицейского быть не должно. 


На основании информации, так и не раскрытой в суде, республиканская прокуратура сделала вывод о том, что доходы Миргалеева Р.С. не соответствуют его расходам и заявила требование об обращении его имущества доход Российской Федерации.


При этом в указанный перечень вошло всё (!) имущество, которые было приобретено в течение 2012-2017 года не только самим Миргалеевым Р.С., но и некоторыми его знакомыми людьми. 


Надежды на то, что «суд во всем разберется», оказались тщетными.


Одним лёгким движением руки суд вынес решение о конфискации имущества Миргалеева и иных лиц, не являющихся ему родственниками, в список которого по неуказанным в решении причинам попало имущество, ни коим образом ему не принадлежащее. По результатам внимательного и неоднократного прочтения текста решения не было выявлено ни одного законного основания для его вынесения. 


Так, имущество семьи Саиткуловой, как и благополучие, попали под удар судебного решения. Но почему? Имущество получено законным путём, автомобиль также был приобретен на подтвержденные средства. Так почему же суд закрыл глаза на имеющиеся у семьи доказательства и вынес такое решение? Почему не принял во внимание документы и справки о доходах по форме 2-НДФЛ, включая заработную плату, пенсию, выплаты почетному донору, доходы от сдачи в аренду жилого помещения? Очень много вопросов и никаких ответов. Примечательно, что в установленные прокуратурой и нашедшие свое отражение в иске прокурора доходы по форме 2-НДФЛ и пенсионные выплаты по неизвестным причинам не нашли своего отражения в судебном решении.


К слову, интересно, что в период проведения проверки в отношении Миргалеева Р.С., Фаттахова Р.Р. была действующим сотрудником МВД, однако в отношении неё решение о проведении контроля за расходами не принималось, и, как положено в соответствии с законодательством, проверка не проводилась, а была проведена как в отношении иного лица, являющегося Миргалееву Р.С. «близким родственником».


Но это лишь верхушка огромного айсберга проблем, которые возникли у всей страны после вынесения такого решения. Как оказалось, круг лиц, расходы которых подлежат контролю со стороны государства, теперь ничем не ограничен.

Органы опеки не защищают права детей?


Конечно, представители органа опеки и попечительства присутствовали на судебном заседании, но, подобно монахам, хранили обет молчания, нарушив его лишь пару раз. 14 марта 2019 года представитель органа опеки зачитала подготовленную речь: «считаем, что в случае удовлетворения исковых требований о выселении, права несовершеннолетних детей будут нарушены, иного места жительства у них не имеется». Это стало, кажется, единственной попыткой защитить права детей. 


На процессе, посвящённому рассмотрению ходатайства о снятия ареста с квартиры, купленной на материнский капитал, ни одного представителя органов опеки уже не присутствовало. Странно, ведь ситуация напрямую касается благополучия несовершеннолетних детей. Хотя, как известно, бездействие — тоже действие, а поэтому можно сделать определённые выводы. Однако выводы эти не будут отличаться положительными моментами.

Бездомные дети


Родители получают материнский капитал и вполне справедливо вкладывают его в расширение жилья для улучшения условий, в которых будут находиться их любимые дети. Конечно, зачастую лишь маткапитала мало, поэтому семьи обращаются в банки за кредитами и ипотеками. Однако и этой квартиры можно лишиться, если твой бывший сожитель госслужащий. Суду хватило общих детей, чтобы признать Фаттахову Риму близким родственником Миргалеева и лишить её законного имущества. К слову, никаких других доказательств того, что Фаттахова Рима и Миргалеев Раиль являются родственниками представлено не было. 


И снова возникают вопросы: почему суд безо всяких оснований признал незаконно приобретенной часть квартиры, взятой под материнский капитал? Почему бывшая сожительница (мать детей) вдруг стала близким родственником ответчика, если по закону подобное недопустимо? Ответы так и не найдены с 2018 года. 


Кстати, и пути получения средств на оплату также оказались законными, что и было доказано матерью детей путём уточнения способов получения средств. Здесь и суммы, вырученные за продажу имущества, и займы, и благотворительная помощь, и всевозможные компенсации, и, конечно, зарплата. Ещё одним важным аргументом является и необходимость в оформлении квартиры в общую долевую собственность на неё и её троих детей. Казалось бы, всё прозрачно, арест с квартиры должен быть снят, о чём и ходатайствует Рима Радифовна. Но и здесь и представитель истца, и суд нашли, за что можно зацепиться. 


Судом установлено, что наложенный арест никак не нарушает права несовершеннолетних, а его снятие возможно только после закрытия дела об обращения имущества в доход Государства. Как известно, спорная квартира также находится в списке того, что должно перейти в «руки» Государства. В связи с этим суд отказал Риме Радифовне в удовлетворении ходатайства: правовых оснований нет. К слову, правовых оснований нет и для обращения в доход Государства имущества людей, никаким образом не относящихся к категории родственников полицейского, чьи доходы вызвали подозрение. Но это уже совсем другое дело, ведь так?

Неразменный рубль или эпопея о бесконечных автомобилях


Иногда кажется, что неплохо бы жить в мире, где и товар получил, и количество денег не уменьшилось. Жизнь по схеме неразменного рубля. Но отношение к такой схеме меняется, когда она применяется в суде. 


Все машины, когда-либо бывшие во владении ответчиков, а это ни много ни мало около 15 штук за весь период жизни, были признаны приобретенными на «незаконные доходы» Миргалеева Р.С. и, соответственно, обращены в доход государства. Стоимость же тех автомобилей, которые на момент вынесения решения суда оказались проданы, была взыскана с Миргалеева Р.С. в денежной форме.


Казалось бы, обычное дело: купил машину — продал машину — вложил деньги с продажи в покупку новой машины. Вроде бы всё очевидно, количество машин не суммируется. Но суд решил иначе. Сложив стоимости всех автомобилей, бывших в употреблении у ответчиков, прокурор, а вместе с ним и судья не учли, что автомобили находились во владении не единовременно, а последовательно. Соответственно, при расчете стоимости реализованного имущества необходимо учитывать не только денежные средства, затраченные на их приобретение, но и деньги, вырученные от продажи предыдущих автомобилей. Однако и этот факт так и не был учтён.

Как следует из справок о доходах ответчиков, налоговых деклараций, сведений из регистрирующих органов, выписок и по счетам, договорам купли-продажи, актам приёма-передачи денежные средства от продажи одних автомобилей ответчиков использовались на приобретение других. При этом ни один из ответчиков не имел в пользовании более одного автомобиля.


К примеру, в 2002 году Фаттахов Р.М. приобретает автомобиль, в 2006 году продает и, добавляя денежные средства, приобретает новый автомобиль, который затем продаётся в 2014 году. На средства, вырученные с продажи Фаттахов, дополнительно добавляя некоторую сумму денег, приобретает другой автомобиль, который по неизвестным причинам вдруг становится приобретенным на «незаконные» доходы Миргалеева. Далее с него взыскивается сумма последнего реализованного автомобиля.Аналогичный подход был применён и по отношению к автомобилям, принадлежащим другим ответчикам.


В случае с автомобилями, приобретёнными Саиткуловой С.Х., ситуация еще интереснее: в 2014 году она приобретает на свои денежные средства автомобиль за 620 000 рублей, в 2015 году продает его, добавляет денежные средства и приобретает автомобиль за 790 000 рублей.В 2017 году она продает автомобиль и, добавив денежные средства, приобретает другой за 970 000 рублей, который также в последующем продает. При этом денежная сумма, одиновременно «вложенная» в покупку данных автомобилей, никогда не превышала 970.000 рублей, но при этом в составе расходов ответчиков учтены расходы по приобретению указанного автотранспорта в сумме 2 380 000 рублей - с Миргалеева взыскивается в доход государства именно эта сумма.

Безразмерный долг и «невесомые» доказательства


Интересно, что судом не были учтены доказательства получения доходов. Видимо, суд посчитал, что ни зарплата, ни пенсия, ни страховые выплаты, ни даже доход от продажи имущества не являются доходами, которые необходимо учитывать при приведении в соответствие доходов и расходов. 


Общий подтвержденный доход ответчиков за 2010-2017 гг. составил 23.540.665 рублей. Однако, судом не приняты во внимание, и не дана оценка официальным доходам за предыдущие годы до 2010 г. и частично за период с 2010 по 2017 гг. Таким образом судом установлено несоответствие между доходами и расходами ответчиков в сумме 19.177.456 рублей.

Судами неверно определён размер доходов ответчиков, в результате чего в доход государства было обращено имущество, приобретённое за счёт законных доходов. Фактически, судами обращено взыскание на всё имущество ответчиков, которое было получено на законные доходы. 


Саиткуловой С.Х. оставили садовый домик, строительство которого было еще начато в 90-х годах, а Миргалееву земельный участок, приобретенный за 26 000 рублей. По мнению суда, это всё, на что они заработали.


Без какой-либо мотивации судами отвергнуты официально подтверждённые и законные доходы ответчиков (заработная плата, доходы в соответствии со справками 2-НДФЛ, 3-НДФЛ, доходы от предпринимательской деятельности, пенсионные выплаты, пособия, благотворительная помощь, материнский капитал). Общая сумма данных законных доходов, полученная из официальных источников, но не учтённая судом без какой-либо мотивировки, у Саиткуловой С.Х. и Фаттахова Р.М., составила 4.660.405 рублей, у Фаттаховой Р.Р. – 1.713.627 рублей, у Миргалеева Р.С. - 1.550.819 рублей, у Миргалеевой Р.С. – 4.849.269 рублей. При этом следует отметить, что с указанной суммы ответчиками были оплачены все установленные налоги, и сомневаться в данных цифрах нет ни малейшего основания.


Не учтены и доходы от сдачи в найм имущества за 2007-2014 гг. Саиткуловой С.Х. и Фаттахова Р.М. в размере 4.467.600 рублей, Миргалеевой Р.С. – 2.760.000 рублей. К сожалению, сохранились лишь договоры от 2007 года и далее, а договоры за более ранние периоды, были уничтожены.


А вот аналогичные доходы от сдачи в найм того же имущества и аренды того же автомобиля, полученные в период с 2015 по 2017 гг., приняты судом в полном объёме. Кроме того, все эти доходы подтверждены договорами найма, аренды, актами сверок, банковскими переводами, свидетельскими показаниями.
При правильном подсчете всех доходов не имелось бы оснований для конфискации имущества всех ответчиков. 


Среди документов имеются и справка о начислении пособия участника боевых действий, и справка о получении зарплаты, и подтверждение доходов от продажи имущества, и даже кредитные документы и документы, подтверждающие получение займов. Но было ли всё это учтено судом? Ответ очевиден. 


Кстати, о займах: судом отклонены и данные о заемных средствах, кредитных средствах, полученных в размере более 20 000 000 рублей. В настоящее время ответчики продолжают возвращать заемные средства. Конечно, большая часть денежных средств была возвращена, а оставшаяся часть взыскана займодавцами в судебном порядке.

Почему же ответчикам не предоставлялась возможность доказать законность доходов? Ведь, согласно ч.2 ст.45 Конституции РФ, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещёнными законом. Так в какой же момент предоставление доказательств стало «запрещённым» способом?
Конституционный суд в своем постановлении ранее указывал «Избранный федеральным законодателем подход, основанный на учете и сопоставлении поддающегося фиксации и оценке совокупного дохода государственного (муниципального) служащего и его супруги (супруга) за определенный период (три года) и произведенных ими расходов, обеспечивает соблюдение баланса частных и публичных интересов при применении данной меры государственного принуждения к лицу, в отношении имущества которого не доказана законность происхождения доходов, направленных на его приобретение, и, следовательно, является конституционно допустимым».


А как же быть гражданину, не являющимся государственным служащим? Ведь у него, по сравнению с госслужащим, намного меньше правовых гарантий.
Это связано с отсутствием необходимости ежегодно проводить учёт своих доходов и расходов, хранить финансовые документы, договоры купли-продажи, займов и другие документы, подтверждающие законность приобретения имущества. Особенно это касается документов, подтверждающих совершение сделок, совершённых после истечения общего срока исковой давности. Поэтому гражданину бывает невозможно доказать наличие правоотношений, тем более совершённых, например, в 2012 году. Подобная ситуация связана с п.381 прилагаемого к приказу МВД России № 655 от 30 июня 2012 года перечня документов, согласно которому срок хранения документов, послуживших основанием для регистрации, перерегистрации, снятия с учёта транспортных средств составляет 5 лет. 


Но, несмотря на чинимые препятствия,пострадавшие от «правосудия» ответчики смогли собрать несколько томов документов и представить их в судебных заседаниях.Учитывая длительный период, за который ответчиками необходимо было отчитаться, они не смогли представить документы, подтверждающие дополнительные доходы. Это связано с тем, что документы просто не сохранились.Также были опрошены и свидетели, которые смогли подтвердить наличие материальных отношений. Но и это в полной мере не было учтено судом.

Интернет-свора


Наверное, многие сталкивались с травлей в интернете. Чаще всего травля не обоснована, содержит лишь громкие высказывания и обвинения. Но травля, организованная СМИ, — совершенно другое дело. 


Как только дело Миргалеева получило огласку, в сети в тот же момент начали появляться многочисленные статьи, кричащие о появлении в Уфе полицейского-миллионера. Используются яркие метафоры, выбираются яркие фотографии с помпезными дворцами. И вскоре процесс начинает давать плоды: как у жителей Уфы, так и у жителей России в целом складывается «правильное» с точки зрения СМИ мнение о попавшем в опалу полицейском, а его близкие и знакомые начинают подвергаться моральному давлению, проявляющимся в разной степени силы. Но этому, как и всей череде событий, есть объяснение.


Известно, что работающий до пота и крови полицейский рассматривал дела не совсем добросовестных сотрудников правоохранительных органов. Конечно, были и обвинительные приговоры, и обнаружение чужих скелетов в шкафу. Вряд ли подобное завершение весьма прибыльных дел устроит попавших в поле зрения Миргалеева правоохранителей. Вполне логичным будет умозаключение о том, что массовая травля в сфере СМИ была спровоцирована одним из недоброжелателей справедливого полицейского. Одна, две, три статьи, а там подхватят и другие издания, образуется так называемый «снежный ком». Собственно, именно так всё произошло, если придерживаться этой теории. 


Региональные СМИ быстро подхватили эту историю, называя Миргалееване иначе как «Уфимским Захарченко», и, не стесняясь в выражениях, стали обвинять Миргалеева Р.С. в многомиллионных доходах от преступной деятельности.


Причем в перечень имущества, якобы приобретенного Миргалеевым Р.С. за время службы, СМИ по неизвестной причине включили также и имущество всех (!) родственников и не родственников Миргалеева Р.С.


Однако в скором времени, выяснилось, что указанные сведения, мягко говоря, не соответствуют действительности. Сведения, опубликованные в СМИ, признаны не соответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию Миргалеева Раиля Салаватовича.


При этом Кировским районным судом г. Уфы в решении было отмечено, что в текстах статей «представлена стратегия дискредитации, используемая автором с целью формирования негативного образа Миргалеева Р.С.». Иными словами,Миргалеев Р.С. сумел, хотя и с задержкой, отстоять своё доброе имя.

Исковая давность: чем занимались антикоррупционные ведомства?


Ответчики Миргалеев Р.С и Фаттахова Р.Р., будучи подотчетными лицами - госслужащими, ежегодно с 2009 года,строго соблюдая распространяющиеся на них требования N 230-ФЗ, представляли по месту службы сведения о своих доходах и расходах и о приобретённом имуществе. Всё имущество, принадлежащее Фаттаховой Р.Р. и Миргалееву Р.С. и попавшее под исковые требования, было полностью отражено в справках о доходах. Указанные сведения, отраженные в сведениях о доходах, ежегодно предоставлялись и проходили проверку в соответствующих подразделениях МВД, по результатам которых решений о проведении контроля за их расходами не принималось.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации в структуре Департамента государственной службы и кадров МВД России были созданы подразделения организации профилактики коррупционных и иных правонарушений. К основным задачам данных подразделений относятся организация и проведение проверок достоверности и полноты сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, представленных сотрудниками.


Кроме того, управление по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции является самостоятельным структурным подразделением Генеральной прокуратуры России.


В соответствии с поставленными задачами управление должно осуществлять функцию надзора за соблюдением установленных обязанностей, запретов и ограничений, представления сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера.

Таким образом, сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера сотрудников органов внутренних дел становятся не просто известными кадровым подразделениям МВД РФ и прокуратуре Российской Федерации, а указанные органы обязаны обеспечить проведение проверок достоверности и полноты представленных сведений.


Кроме того, существует закон, ограничивающий сроки применения дисциплинарного взыскания за несоблюдение требований Закона о противодействии коррупции до трёх лет. 


Также, законом установлено, что анализ сведений о доходах проводится в отношении представленных сведений о доходах. Момент представления данных сведения наступает тогда, когда служащий сдаёт справку о доходах, а антикоррупционное подразделение её принимает. 


Однако необходимо учитывать, что срок давности для привлечения служащего к ответственности три года. В этой связи необходимо учитывать данный срок при анализе сведений о доходах и последующем принятии решения о проведении соответствующей проверки при необходимости.


Однако, что же делали антикоррупционные ведомства? Ведь не был учтён срок применения взыскания: проверка проводилась в отношении всего имущества ответчиков. Неужели даже подобное ведомство смотрит на закон сквозь пальцы? Если это так, то доходы всех граждан под большой угрозой.

Нижестоящие суды игнорируют правовую позицию вышестоящих судов


Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда в своем определении от 12 марта 2019 года совершенно верно указала, что превышение стоимости приобретённого в течение отчётного периода имущества по отношению к доходам лица, расходы которого подлежат контролю, его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей за три года, предшествовавших отчётному периоду, является лишь достаточным поводом для принятия решения об осуществлении контроля за расходами и проведения соответствующей проверки и не должно рассматриваться как безусловное основание для обращения такого имущества в доход Российской Федерации.


В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда, собственник, приобретший имущество на доходы, не связанные с коррупционной деятельностью, вправе доказывать в ходе контрольных мероприятий и в суде всеми доступными способами законность происхождения средств, затраченных на приобретение того или иного имущества, независимо от того, когда эти средства были им получены, отражены ли они в соответствующей справке (декларации) или обнаружены государственными органами в ходе проведения контрольных мероприятий.


Следовательно, ответчики имеют полное право представлять любые допустимые доказательства законности происхождения средств, в том числе полученных за пределами трёхлетнего срока, предшествовавшего отчётному периоду, направленных на приобретение спорного имущества. Однако были ли учтены правовая позиция Конституционного Суда и нормы права судом при принятии решения? К сожалению, нет. Причины выборочного применения законодательства также не ясны.

Что же в итоге?


Еще одна мелочь — конфискация в доход государства имущества, задекларированного в полном соответствии с законом. Но тут так — закон пишет государство, оно же его и толкует в зависимости от убеждений и классовой правовой сознательности правоприменителей. Так что, действительно, мелочь, не стоящая внимания.


Еще в ряду подобных мелочей:


  1. Расширение круга лиц, подлежащих контролю, до неопределенных размеров;
  2. Обращение прокурора в суд за пределами трехлетнего срока;
  3. Конфискация в доход государства всего имущества, а не только того, законность приобретения которого не была подтверждена;
  4. Возможность конфискации имущества третьих лиц без вынесения приговора о признании виновным в совершении преступления;
  5. Обращение в доход РФ законно приобретённого имущества;
  6. Применение двойной формы ответственности — взыскание и самого имущества, и его стоимости;
  7. Нарушение методики расчётов и определения размеров доходов;
  8. Приравнивание понятий «расход на приобретение имущества» и «рыночная стоимость имущества».

Проблема заключается в том, что совокупность подобных мелочей, став системой, и будучи закреплена судебной практикой, создаст в нашей стране совершенно новую правовую систему, при которой институт права собственности превратится в еще большую фикцию, чем было во времена СССР. Не говоря уже о том, что в этом случае любой чиновник становится настолько токсичной фигурой, что даже сам по себе факт знакомства с ним чреват судебными разбирательствами.


«Сколько лет мы копили эти деньги, теперь хотят у нас отбирать, это что такое, мы чужое ничего не берем, ни копейки», - говорит Суфия Саиткулова.
Жалобы, касающиеся данного дела, были направлены в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, однако Решение принято оставить без изменений. Причем жалобы были рассмотрены в течение двух недель с их подачи в Верховный суд, и решения по ним были приняты в один день. 


Остаётся лишь надеяться на высшие инстанции, и немного — на Европейский Суд по правам человека.


Читайте далее:

Судебная система: что изменилось в связи с Covid-19?

Профессия судьи: ограничения, сопутствующие статусу

О судах и Правосудии

Молоток правосудия: для чего он нужен?

Назад к списку


Комментарии