16+
ZASUDILI.RU
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
\ Запрет на арест предпринимателя: реальность или фикция?
Запрет на арест предпринимателя: реальность или фикция?

Запрет на арест предпринимателя: реальность или фикция?

25.11.2019  185

В последние годы на наших глазах в уголовно-процессуальном законодательстве постепенно институализируется очередное особое производство – производство по уголовным делам о преступлениях в сфере экономической и предпринимательской деятельности.

В законе установлены серьезные изъятия из общих правил производства по этой категории уголовных дел, связанные, в частности, с порядком возбуждения и прекращения уголовного дела, признания предметов и документов вещественными доказательствами.

При этом наиболее значимым из них явился прямой запрет законодателя на применение в отношении предпринимателей такой меры пресечения, как заключение под стражу.

Однако посмотрим, как указанное положение реализуется на практике.

Всем известна поговорка, приписываемая по одним источникам М.Е. Салтыкову-Щедрину, по другим – князю П.А. Вяземскому, о том, что суровость российских законов смягчается необязательностью их выполнения.

В настоящее время впору говорить, что не только суровость, но и мягкость российских законов компенсируется необязательностью их исполнения.

Дело в том, что несмотря на прямой запрет на применение в отношении предпринимателя меры пресечения в виде заключения под стражу, содержащийся в ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ, суды далеко не всегда учитывают данные обстоятельства

Во-первых, на практике следственные органы при ходатайстве о заключении предпринимателей под стражу и определении сферы предпринимательской деятельности часто ссылаются на п. 11 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 г. № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», который разъясняет мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности (ч.ч. 5-7 ст. 159 УК РФ), при этом распространяя данное разъяснение на все составы мошенничества, включая ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Согласно указанному пункту Постановления, состав мошенничества в сфере предпринимательской деятельности имеет место только в случае, если обеими сторонами являются индивидуальные предприниматели или коммерческие организации, и если ущерб от этого деяния нанесен только им[1].

Суды принимают данную позицию.

Иными словами, если, например, одной из сторон конфликта является государство или государству в результате данного преступления причинен хоть какой-нибудь вред, то суды никогда не признают это деяние совершенным в сфере предпринимательской деятельности.

Следовательно, на лицо его совершившее, будь оно хоть трижды предпринимателем, не будет распространяться запрет на заключение под стражу.

Таким образом, если в деле хоть как-то присутствует государство, то все запреты, связанные с недопустимостью заключения предпринимателей под стражу, как по мановению волшебной палочки вдруг перестают работать.

Во-вторых, даже если это преступление никак не затронуло интересы государства, дискреция суда при избрании в отношении предпринимателей меры пресечения в виде заключения под стражу сегодня настолько широка, что на практике зачастую граничит с произволом.

Также представляется, что последняя новелла, внесенная в ч.1.1 ст. 108 УПК РФ федеральным законом от 2 августа 2019 г. № 315-ФЗ, и призванная уточнить, на кого конкретно распространяются гарантии, установленные данной нормой[2], своей цели так и не достигла.

Все дело в том, что она практически полностью дублирует разъяснение, изложенное в абзаце 2 пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога».

Таким образом, актуальная редакция ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ является сегодня не более чем нормативизацией данного разъяснения Пленума ВС РФ, которое уже применяется на практике с 2013 г.[3] Никакого нового смысла для правоприменителей она не привнесла.

Единственная ее заслуга - это придание данному разъяснению нормативно-правовой природы, что, с другой стороны, тоже не так уж и мало.

 

ШАРОВ ДЕНИС ВАСИЛЬЕВИЧ

руководитель уголовно-правовой практики

Адвокатского бюро «Правовая гарантия»

член Адвокатской палаты города Москвы

кандидат юридических наук, доцент

Защита интересов граждан и организаций

по уголовным делам любой сложности

тел.: +7 (499) 390-91-01

+7 (916) 060-00-01

е-mail: sharovden@gmail.com

[1] Постановление Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 №48 г. «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» // «Бюллетень Верховного Суда РФ», № 2, февраль, 2018

[2] Пояснительная записка к проекту федерального закона «О внесении изменений в статьи 108 и 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

[3] Правовая позиция Федеральной палаты адвокатов РФ о проекте федерального закона №280281-7 «О внесении изменений в статьи 108 и 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»


Рейтинг юриста

3.72
 5
 245
Адвокатское бюро «Правовая гарантия»
руководитель уголовно-правовой практики, адвокат Адвокатской палаты города Москвы, кандидат юридических наук, доцент
Оценить деятельность:

Назад к списку


Комментарии